К вершинам!
Сайт Ольги Ивановой
+38 (097) 89 58 977

Прощальная гастроль, ч. 1

14 августа 2009 г.  (1 день)

 

 

 * «Весь экстрим мы уже отыграли…»

   * Прощание по-английски

   * Стоянка первобытных людей

 

Нынешний поход  на Черногорский хребет начался  неудачно. Накануне  позвонила мне на мобильный телефон  сестра и спросила: «Ты когда возвращаешься?». А я ведь еще не вышла…

Из-за маминого высокого давления мы  уезжаем в отпуск по очереди, кто-то из нас двоих обязательно должен остаться на подстраховке. Нынче мама  не в лучшей  форме, потому мой отдых будет вдвое короче обычного, и в любую минуту  по зову Тани, сестры, я готова вернуться  домой.

 

 

 

Я  запланировала покорить три  наивысшие вершины  украинских Карпат:   Бребенескул,  Петрос, Говерлу.

 

 

карта

 

 

 

В прошлом году  мне это не удалось, потому что грянуло стихийное бедствие, и я  начала с населенных пунктов, пострадавших   от наводнения  и селевых потоков, чтобы собрать журналистский материал о том, как пережили это событие люди. Пробиралась по  бездорожью. Автономный сольный поход длился 12 суток, больше ни моя  душа, ни мое тело не желали. Я решила, что нельзя скомкать мероприятие,  пройти маршрут просто для того, чтобы пройти. Его нужно прожить. И при этом выжить J.

Все без исключения мои предыдущие  сольники проходили с хотя бы  одним экстримом, и не всегда он случался по моей дурости, хотя и такое было. В одном  походе  ухитрилась заблудиться, другой  был прерван из-за поисков  пропавшего в дождливой холодной  ночи  туриста, которого вместе с  семьей пришлось отводить в село к моей подруге Маричке, чтобы обсохли, отогрелись и пришли в себя. Тогда Говерла  не дождалась меня, так как  погода  окончательно испортилась…

Самый удачный  маршрут, во время которого я таки достигла наивысшей в Украине горы, тоже не был прогулочным. Сперва мне пришлось пережить настоящий ураган в районе  озера Бребенескул.  На подступах к нему  во время  Первой  мировой войны гремели бои, земля «напитана» металлом. Потому этот участок  является особо грозоопасным, на некоторых картах  его границы обозначены красным цветом – как предупреждение. Здесь несколько лет назад молния убила двух парней, о чем свидетельствуют два  креста  на  хребте. Без лишних слов понятно, что могла испытывать  туристка –одиночка  в утлом  матерчатом убежище, раскачивающемся на ветруи вздрагивающем  от  раскатов грома…

Ну а прошлогодний маршрут  мог прерваться от  моей дурости —  имела реальный шанс навернуться с безымянной высоты, но им не воспользовалась. Оно мне надо?

 

Но теперь все! Хватит!  Никакого экстрима! Медленное, красивое и  безопасное прохождение со всеми и всяческими мерами предосторожности. Только полеты, никаких падений!

 

воздушнй змей

 

 

Сказать по правде, я не в лучшей  форме. Если перед первым  восхождением на Говерлу (всего их было три)  я совершала ежедневные пробежки вдоль озера и делала зарядку, а перед прошлогодним походом занималась не только  физическими упражнениями, но и восточными танцами, то перед нынешним отпуском такой возможности   у меня не было.  Месяц я  пробыла с мамой в больнице. Потом пришлось разгребать накопившуюся  за это время  работу и разные срочные дела. Сидела за компом до боли в шейном отделе позвоночника (такая у меня работа…), параллельно решала вопросы организации пещерного похода-тренинга с незрячими  (о нем подробно здесь) .  Затем помогала выписавшейся из больницы маме справляться с  разными бытовыми задачами. Было не до танцев, не до зарядки…

Когда маме полегчало, я рванула в отпуск, но в Дземброне (село, где живет моя подруга Маричка, откуда я обычно стартую)  из-за дождей не смогла совершить   аклимпохода, пробной  короткой вылазки на хребет. Не было возможности даже сбегать в близлежащий лес. И уже нет времени на   акклиматизацию  и разминание  затекших  от сидения перед компьютером ног. В конце августа я должна быть дома, как штык, чтобы дать возможность отдохнуть  в отпуске  моей сестре.

Гидрометцентр заверяет (ха-ха, как же я была доверчива!),  что  погода  будет  шептать начиная с пятницы и до понедельника. За это время можно  достичь Говерлы за нечего делать, а возможно даже и Петроса. Когда-то я добегали до Говерлы за двое суток. Когда-то…

 

Накануне моего выхода на маршрут у Варцабьюков —  Марички и ее мужа Мыколы —  в доме  остановился на ночлег англичанин Тоби из Лондона. Он пришел в Дземброню пешком из Верховины!  В своей  авантюрности этот туманный альбионец меня переплюнул, так как отправляется на Черногорский хребет один, не зная ни украинского, ни русского языка. У него есть карта, купленная в райцентре, но нет ни поводыря, ни толкового советчика… Все как бы сводится к тому, что им должна  стать я…

Варцабьюки  возложили на меня обязанность общаться с Тоби, так как из нас троих всякие «You  are welcome» и «Do you wont some eat?»  знаю только я. Мой ужасный английский на фоне их  англоязычной стерильности (в школе и в институте учили немецкий)  имеет успех. Когда Тоби удается  понять хотя бы одну мою фразу, он радуется, как дитя,  и заверяет, что  мой  English  is good.

Насколько хватило моего скудного словарного запаса и моей богатой жестикуляции, я проинструктировала лондонского побратима, как не сбиться с пути и  где можно делать ночевку на маршруте. Заметив блеск в его глазах, тут же погасила его, сообщив, что люблю  путешествовать alone (одна).  Еще сказала, что хожу медленно, очень медленно. Он с надеждой  сказал, что – тоже…

Мой отказ  составить ему компанию на маршруте англичанин принял смиренно, с пониманием…

 

 

 

англичанин

 

 

Конечно, кошки заскребли  у меня  на душе от  мысли, как нехорошо, идя тем же маршрутом,  оставить alone иностранца, который по-нашему не может и слова сказать. Утешала  мысль, что на такую «прогулку» водиночку мог решиться лишь человек особого склада, тертый калач и что этот калач – мужского пола…

 

Когда, спустя минут сорок после его выхода на маршрут, я бодро затопала по тропинке  в направлении  леса,  кошки уже не просто скребли, —  взвыли. Дело в том, что я дала Тоби  прошлогодние  ориентиры, а в этом году появилось нечто новое, что могло его дезориентировать. Например, я  сказала, что нужно выйти на тропу, на которую указывает стрелочка с придорожного щита (напомню,  что читать по-нашему, англичанин не умеет). Но в пути я  натолкнулась на другой щит – со стрелочкой в противоположном направлении. Это был указатель, как пройти к частной парной, поставленный ее хозяином…

Встречая  местных гуцулов, спускающихся с гор, или туристов, спрашивала, не  попадался ли  им  на глаза одиноко бредущий иностранец в очках. Ура! Тоби движется в правильном направлении, хоть я и послала  его в баню :) .

 

Когда подходила к  избушке чабанов на полоныне (высокогорном пастбище) Смотрич, небо заволокло тучами. Но не смогла себе отказать в удовольствии перекинуться словечком с обитателем  хатки Василем.

 

 

Василь Биченюк

 

 

Он выпасает на Смотриче уже не первый год, помнит все мои проходки мимо их тихой обители. Ему было интересно послушать о нашем подземном походе-тренинге с незрячими в пещеру Млынкы на Тернопольщине.  Предлагал мне взять с собой, изготовленный им сыр. Я была вынуждена отказаться, ибо утащить в горы рюкзак свыше 20 кг  — это свыше моих дамских сил. Но попробовать вурду — вид кисломолочного сыра —  попробовала. Растаяла  во рту…

 

 

Маршрут начался трудновастенько. Детренированность моя еще  как  ощущается. Приходится чаще, чем прежде, отдыхать. Я милосердно себе это позволяю…

 

 

 

Ноги

 

 

 

Надвигающийся дождь вынудил сделать привал гораздо раньше запланированного.

Для  стоянки я нашла  место,  максимально удаленное  от двух  рядом поселившихся  компаний. Его окружали пологие склоны  (ровным была лишь та крохотная площадочка, на кторой уместилась моя одноместная палатка. С одной стороны – лес, подход с другой «заминирован»  коровьими лепешками. Главное, запомнить их  расположение – сапер  ошибается один раз…

 

Горячий ужин  уплетала под стокатто дождя. Даже побаловала себя вафлей, орешками и леденцами. Конечно, карманное питание лучше на стоянках не  разбазаривать, оно пригодиться в пути, ведь на маршруте нет возможности  приготовить горячий обед, на это жаль тратить  время. Но я себе позволила немножко разврата, — чтобы не скиснуть от первого же препятствия на пути.

Дождь – плохое начало, но я хороший турист, благодарю дождь за возможность внепланового  отдыха…

 

 

Капли дождя звучат  ксилофонно, на басах звучит чей-то мат. Господи! Хоть на пушечный выстрел от них отдались…

Иногда я ловлю себя на том, что не люблю людей. Я не люблю их еще крепче на природе.  Почему среди ее  великолепия у них не пропадает желание сломать, уничтожить, опоганить?  Проходя мимо моего любимого участка леса, где   любила собирать грибы (они   росли даже у самой дороги!),  увидела зияющую на земле лысину. Теперь там только пеньки. Зато невдалеке огромная вип-усадьба  (позже я узнала, что там  имеется бильярд, ванна с джакузи, сауна, солярий, бассейн с водопадом и прочие атрибуты сибаритства), видимо,  именно для ее возведения испоганили мой любимый лес…

В беседке, где я любила отдыхать и делать записи, сорван навес.

Человек – страшнее стихийного бедствия…

 

 

беседка

 

 

 

* Все, что осталось от той беседки…

 

Один из моих приятелей, никогда не покидавшийф равнину, прислал мне СМС: «А какие в горах ночи? Звезды крупные?» 

В небе не видно ни одной звезды. На равнине – это примета предстоящей непогоды.

В горах равнинные приметы часто не срабатывают.

Как говаривал Демьян Бедный, «будем посмотреть»…

 

 

Продолжение, часть 2, — здесь.

 

 

 

 



Оставить комментарий