С особой жестокостью
Это история о том, как развеселая песня об убийстве заставила меня пересмотреть отношение к традициям и так называемой народной мудрости.
Откуда берется слепая вера в то, что нужно неукоснительно следовать всем традициям?
Откуда убеждение, что, если так считает большинство, то это – правильно?
Не из советского ли времени пришли к нам принципы — «коллектив всегда прав», «нужно быть, как все», «не выделяйся»?
Думаю, корни идут глубже – в первобытные времена, когда единственная возможность выжить в экстремальных условиях – держаться стаи. Стаей легче загрызть противника…
Однажды я вслушалась в слова народной песни, любимой и почитаемой многими фольклорными коллективами и профессиональными исполнителями. Вы, конечно, тоже ее слышали (а, может, и пели):
Їхали козаки із Дону додому,
Підманули Галю, забрали з собою.
Действительно, «підманули», потому что наобещали с три короба:
Краще тобі буде, як в рідної мами!
А потом случился самосуд. Привязали наивную девушку «до сосни косами», и эту самую сосну подожгли. «Кричить Галя криком…», зовет на помощь, но прекращать пытку никто не собирается.
Вывод «народной мудрости»: «хто дочок має, нехай научає…». Про сыновей почему-то ничего не сказано…
По нынешнему законодательству произошедшее можно квалифицировать как убийство с отягчающими обстоятельствами (потому что совершено группой лиц и с особой жестокостью). А в песне — «гей-гей» и разлюли-малина…
Когда преступление становится веселой песней, оно КАК БЫ и ВРОДЕ БЫ совсем и не преступление, а так… «здравствуй моя Мурка в кожаной тужурке», привет Марусе Климовой. Вы заметили, в зековской песне о Мурке пулю убийца не называет пулей — «ты зашухерила всю нашу малину, а теперь МАСЛИНУ получай». В блатной фене нет слова «убил». Преступники заменяют его мягким «замочил». И что ж тут такого? Подумаешь – замочил…
Я (тогда еще вовсе не психолог) написала свою версию причины, по которой бедная «Галя погодилась, на віз почепилась». Озвучила эту версию в радиопередаче, которую вела на Украинском радио:
ПІСНЯ ПРО ГАЛЮ
П’яниця батько волочив за коси,
коли вертавсь до хати із корчми.
А мати тільки поглядала скоса,
як донька умивалася слізьми…
«Не лізь під руку», «не стовбич у дверях..»
«Бач, не до тебе…» «Викинь з голови…»
«Підтіпанка, вайло, сліпа тетеря!»
«тобі б у руки костур і сакви!»
І фартухом закривши личко біле,
Тікала в стайню до свого Гнідка
«Скажи мій коню, — тихо шепотіла,-
чому я нещаслива отака?
Чи я людей і Бога не любила?
Чи їла не зароблені харчі?
Комусь бажала зла? Когось ганьбила?
Чи з парубками вешталась вночі?
Чому, за що мені оця наруга?
Взялося би таке життя вогнем…
О доле, моя доле недолуга,
не на коні я, тільки під конем…»
Тим часом з Дону козаки вертались.
Дзвеніла збруя, сонце на шаблях…
І від трофеїв фіри огинались —
Аж нуртував під ними битих шлях.
Солоний присмак сліз і літня спека —
Все раптом щезло ніби й не було:
Вони її побачили здалека,
коли сапала грядку за селом.
«Красуне, ясочко і звідки така краля?
Від тебе туманіє голова!..»
Додолу очі опустила Галя
Та серце чує лагідні слова.
Ні! Далебі, усі надії марні…
Тікати через поле, навпрошки…
Вони такі привітні… милі…
гарні.
Та що й казати — це ж бо козаки!..
А той білявий…він очима креше…
«Навоювавсь, женитися пора…»
Такий не збреше, далебі, не збреше…
«Їдь, Галю, з нами, будеш, як сестра…»
І — блискавка, вони очима стрілись…
Це наяву чи, може, уві сні?..
Вона, як та журавка, полетіла
на крилах — на його коні!
А далі що ж? «Гей-гей і гойда-гойда!»
Під руки Галю до сосни вели…
В селі дізнались і сказали: «хвойда».
В сім’ї дізнались — Галю прокляли.
В письмах слушателей этого выпуска было много признаний: «никогда об этом не задумывалась, пела, как все», даже «любила раньше эту песню, но теперь…»
Не слышала, чтобы «народная мудрость» осуждала насильников. Им всегда находят оправдания, как в еще одной шуточной (?) песне:
Скрипка би не грала, якби не той смичок.
Чоловік би жінку не бив, якби не язичок.
Или вот еще «мудрость»: «Люби жінку, як душу,- тряси її як грушу», «бьет, значит любит».
Перестройка мышления часто начинается с переоценки стереотипов, с вопроса: «А так ли это на самом деле?»
Я рада, что слушателям нашей радиопередачи это удалось.
Случай № 80 здесь.