Остров Айон и его обитатели
Не люблю анекдоты о чукчах, где представителей этой северной народности выставляют этакими дурачками. За то (недолгое) время, что я работала пастушкой в оленеводческой бригаде, у меня сложилось впечатление, что единственный дурачек в их коллективе – это я.
Вот, например, поручает мне бригадир собрать дрова для костра, чтобы на нем варить оленину. И я отправляюсь на поиски. Ищу эти самые дрова в Айонской тундре!
Чтоб вы понимали всю нелепость этих поисков, объясню. Остров Айон, где в то время я пастушила, находится за полярным кругом. Его омывает Северно-Ледовитый океан. Самая высокая точка на острове составляет… 64 метра. Под метровым слоем почвы – вечная мерзлота. Корням дерева было бы просто некуда расти. Потому здесь растут только низкорослые кустарники. Где же взять дрова? Может, речь идет о корягах, выброшенных морем на берег?
Чукчи не сразу бросились мне на помощь, ждали, чтобы я сама дотумкала. И только через время начали мне помогать. Оказывается, «дрова» это тоненькие веточки кустарников, растущих на этой холодной земле…
Еще ребята мне рассказывают, как одним летом на острове стояла невероятная жара + 20 градусов. Можно только представить, каково переносить ее людям, которые обычно в это время ходят в плащах и куртках.
— Как же вы спасались от жары? – спрашиваю.
— Окунались в море!
— Но ведь оно из-за холодного течения даже в жару не прогревается!
— Мы не замерзли, — с серьезным видом отвечают пастухи, — мы купались в меховых плавках.
— Ну, если в меховых плавках…
Мне понадобилось несколько минут, чтобы понять шутку…
Чукчи довольно быстро осваивают русских язык, а мы — чукотский? Он сложный, и можно по пальцам пересчитать тех славян, которые им овладели.
Часто какое-то понятие включает целых три слова. Например, неудачник (в любой отрасли) переводиться как «коратенвылет». Буквально это означает «человек, потерявший оленей».
Чукчи учили меня запоминать их слова по ассоциации. Вот, например, слово «кинельхи» (дай). На что оно похоже? На слово «шинель». Запоминать нужно так – дай шинель. И все равно дальше расхожих слов приветствия, благодарности и проч. проч. в изучении чукотского я не продвинулась.
За несколько лет до моего приезда на острове впервые увидели кошку (кто-то привез с материка). Жители поселка бегали поглазеть на удивительное хвостатое создание – моржи, котики, сивучи, тюлени и белые медведи для них не являются экзотикой. Но разве оттого, что не удивляемся котам, мы -умнее?
Так случилось, что после пребывания на Айоне мне нужно было лететь на Камчатку. Предстоял отпуск, и у меня на руках была путевка на тур «К вулканам и горячим источникам». Вертолет с Айона в Певек летает 1-2 раза в месяц, я это знала, и собралась вылететь с большим запасом времени.
И нет бы мне сообразить, что даже такой запас не дает никаких гарантий. Несколько недель подряд стояла нелетная погода, и ни о каких полетах речи не могло быть.
Лето и осень – самая горячая пора у оленеводов. Никто из них в это время в отпуск не уходит. И я никак не думала, что ребята проникнутся моей «прихотью». Меня посадили в вездеход, припаркованный к нашему стойбищу, и повезли. Дорогой я не переставала удивляться тому, как вездеходчик ориентируется в тундре, гладкой, как ладонь – не за что глазу зацепиться. И едет он без компаса, карты и безо всяких джипиэс (не было тогда такого прибора).
Потом мне организовали машину-амфибию, на которой мы переплыли Чаунскую губу Восточно-Сибирского моря, и я оказалась в аэропорту Певек (где тоже пришлось ждать погоды), оттуда (также с проволочками) добралась в Магадан.
На Камчатку лететь уже не было смысла. Путевка давно «сгорела». И я с полным правом назвала себя «коратенвылет».
Жалею ли я об этом? Пожалуй, нет. За время работы в тундре меня окружили доброжелательные, смышленые и веселые люди, сохраняющие острый ум и положительный взгляд на вещи и людей. Никто ни разу не попрекнул городскую неумейку, так смешно и нелепо выглядевшую в тундре…А какие бы могли получиться анекдоты…
П.С.
Кстати, на Камчатке мне все-таки удалось побывать. Правда, не у вулканов. Однажды, когда возвращаясь из отпуска, наш рейс Киев-Магадан из-за нелетной погоды посадили в Камчатском аэропорту (поселок Елизово).
В память о несостоявшемся туре 😉 я взяла такси и съездила в столицу Коряки – Петропавловск-Камчатский. Город мне очень понравился. Второй раз (по той же причине) я задержалась на полуострове, возвращаясь из Курил в Киев.
Случай № 74 здесь.