Посягательство на мою свободу. Или как я чуть не стала развратной женщиной – прямо в тегеранском аэропорту.
Начало было драматическим. Облачить себя в платок, который мне совершенно не идет… Может, иранки не видят в этом ничего особенного, но я восприняла это как насилие над моей свободной душой. Кровь вскипала в жилах от мысли, что меня принуждают быть некрасивой, и от того, что по тридцатиградусной жаре я вынуждена ходить в скафандре (длинные рукава, юбка до пят, вырез под подбородок, закрытая обувь, носки). Таковы не только моральные устои ортодоксальных мусульман Ирана, но и государственные закон этой страны (за блузку с рукавами до локтей тебя могут задержать полицейские и потребовать, так сказать, прикрыть срам). Я ехала с мыслью: не нужны мне ваши призы – такой унизительной ценой! И если б не начальство, которое (типа) оказало мне великую честь одной представлять любимую страну на столько многолюдном фестивале (26 стран), не порадовала бы я последователей Магомета своим блистательным присутствием…
Но приказы не обсуждаются, а выполняются…
Я взяла под козырек и бодрым шагом поплелась в аэропорт.
Пока идет регистрация на рейс Киев-Москва-Тегеран стоит объяснить, какого рожна меня несет в эту страну, где смертной казни (через повешение!) подвергаются даже подростки. Причем — за те преступления, за которые у нас дают минимальный срок или не дают никакого. Где на таможне у тебя могут конфисковать кусок сала – так же, как и наркотики. Где за проституцию могут предать смерти, но так называемый брак на год (или другой срок) считается официально допустимым. Страна, живущая за законом шариата, где женщина не имеет права стать президентом или судьей (не смеет судить мужчин – даже преступников). Короче, женщина там должна знать свое место, и это совсем не то место, где мне хотелось бы оказаться…
Все дело в том, что в свое время мне в голову пришла идея, которую (с набранной командой) я осуществила в 2009 году. Это совместный поход зрячих и незрячих людей в пещеру «Млынкы» на Тернопольщине.
Мы учились оказывать и принимать помощь. У нас были даже сутки выключенных фонариков, во время которых мы поменялись ролями, то есть незрячие помогали зрячим. Потому проект назывался «Свет для друга». Подробнее о нем вы можете прочесть в моих дневниковых записях, опубликованных здесь.
Но этого мало. Работая на Украинском радио, я не могла не прихватить с собой диктофон. Совместно с незрячим радиожурналистом Володей Носковым мы делали записи, которые потом вылились в радиопередачу. Ее вы можете прослушать здесь.
Своеобразный подземельный репортаж мое начальство до такой степени одобрило, что решило выставить на 11 Международный радиофестиваль в Иране.
Я должна была сопровождать его, этот репортаж, чтобы потом получить за него денежную премию. Но, когда я летела рейсом Киев-Москва-Тегеран, о предстоящем денежном потоке, который обрушился на меня за то, что делала совершенно бесплатно, я еще не знала.
Я думала только о том, что ждет меня в суровом краю ортодоксальных мусульман, где женщины должны закрывать от окружающего мира все части своей внешности, кроме лица и кистей рук.
По своей обычной забывчивости я ухитрилась оставить все взятые платки в багаже. А это значит, метров сто должна была пройти в развратном виде – с непокрытой головой. Но я, как Остап Бендер, чту уголовный кодекс и все другие кодексы различных стран и народов, потому попросила моего переводчика, Валеру Роговченко, посоветоваться с встречающим нас иранским пограничником о щепетильной ситуации с моим моральным обликом. Пограничник был в замешательстве. «Вы создаете мне проблемы», — сказал он и убежал за платком. «Это вы создаете мне проблемы с вашими законами», — подумала я и и времени на обдумывание у меня было немало – пограничник уж очень долго ходил за моим «покрытием».
Кстати, очень неплохой и никем еще не ношенный шелковый платочек подарил мне иранский страж границы (видимо, он его купил в магазине). Я осознала это лишь тогда, когда, возвращаясь домой, услышала приветствие бортпроводницы на чистейшем русском языке, когда «скромный персидский платочек падал с опущенных плеч».
На этом первом эпизоде, с насильно подаренным платочком, дискриминация закончилась.
Начался праздник.
Продолжение, часть 2, — здесь.
