«Голод не тетка. С ним справиться можно». Психологические аспекты воздержания от пищи.
Если хотите похудеть, но боитесь голодать, — вам сюда.
Без еды и без беды
В край каменных верблюдов
Вдвоем веселее, чем одной – можно не только своротить, но и поджечь горы. Мы попробовали… «Дуэтом на Шпицы», — здесь.
Эксперимент
А жить зимой в неотапливаемом домике около леса пробовали? Я попробовала. Что из этого вышло, — в записках «Мой высокогорный уют». Здесь.
Прощальная гастроль, ч. 1
14 августа 2009 г. (1 день)
* «Весь экстрим мы уже отыграли…»
* Прощание по-английски
* Стоянка первобытных людей
Нынешний поход на Черногорский хребет начался неудачно. Накануне позвонила мне на мобильный телефон сестра и спросила: «Ты когда возвращаешься?». А я ведь еще не вышла…
Из-за маминого высокого давления мы уезжаем в отпуск по очереди, кто-то из нас двоих обязательно должен остаться на подстраховке. Нынче мама не в лучшей форме, потому мой отдых будет вдвое короче обычного, и в любую минуту по зову Тани, сестры, я готова вернуться домой.
Я запланировала покорить три наивысшие вершины украинских Карпат: Бребенескул, Петрос, Говерлу.
В прошлом году мне это не удалось, потому что грянуло стихийное бедствие, и я начала с населенных пунктов, пострадавших от наводнения и селевых потоков, чтобы собрать журналистский материал о том, как пережили это событие люди. Пробиралась по бездорожью. Автономный сольный поход длился 12 суток, больше ни моя душа, ни мое тело не желали. Я решила, что нельзя скомкать мероприятие, пройти маршрут просто для того, чтобы пройти. Его нужно прожить. И при этом выжить J.
Все без исключения мои предыдущие сольники проходили с хотя бы одним экстримом, и не всегда он случался по моей дурости, хотя и такое было. В одном походе ухитрилась заблудиться, другой был прерван из-за поисков пропавшего в дождливой холодной ночи туриста, которого вместе с семьей пришлось отводить в село к моей подруге Маричке, чтобы обсохли, отогрелись и пришли в себя. Тогда Говерла не дождалась меня, так как погода окончательно испортилась…
Самый удачный маршрут, во время которого я таки достигла наивысшей в Украине горы, тоже не был прогулочным. Сперва мне пришлось пережить настоящий ураган в районе озера Бребенескул. На подступах к нему во время Первой мировой войны гремели бои, земля «напитана» металлом. Потому этот участок является особо грозоопасным, на некоторых картах его границы обозначены красным цветом – как предупреждение. Здесь несколько лет назад молния убила двух парней, о чем свидетельствуют два креста на хребте. Без лишних слов понятно, что могла испытывать туристка –одиночка в утлом матерчатом убежище, раскачивающемся на ветруи вздрагивающем от раскатов грома…
Ну а прошлогодний маршрут мог прерваться от моей дурости — имела реальный шанс навернуться с безымянной высоты, но им не воспользовалась. Оно мне надо?
Но теперь все! Хватит! Никакого экстрима! Медленное, красивое и безопасное прохождение со всеми и всяческими мерами предосторожности. Только полеты, никаких падений!
Сказать по правде, я не в лучшей форме. Если перед первым восхождением на Говерлу (всего их было три) я совершала ежедневные пробежки вдоль озера и делала зарядку, а перед прошлогодним походом занималась не только физическими упражнениями, но и восточными танцами, то перед нынешним отпуском такой возможности у меня не было. Месяц я пробыла с мамой в больнице. Потом пришлось разгребать накопившуюся за это время работу и разные срочные дела. Сидела за компом до боли в шейном отделе позвоночника (такая у меня работа…), параллельно решала вопросы организации пещерного похода-тренинга с незрячими (о нем подробно здесь) . Затем помогала выписавшейся из больницы маме справляться с разными бытовыми задачами. Было не до танцев, не до зарядки…
Когда маме полегчало, я рванула в отпуск, но в Дземброне (село, где живет моя подруга Маричка, откуда я обычно стартую) из-за дождей не смогла совершить аклимпохода, пробной короткой вылазки на хребет. Не было возможности даже сбегать в близлежащий лес. И уже нет времени на акклиматизацию и разминание затекших от сидения перед компьютером ног. В конце августа я должна быть дома, как штык, чтобы дать возможность отдохнуть в отпуске моей сестре.
Гидрометцентр заверяет (ха-ха, как же я была доверчива!), что погода будет шептать начиная с пятницы и до понедельника. За это время можно достичь Говерлы за нечего делать, а возможно даже и Петроса. Когда-то я добегали до Говерлы за двое суток. Когда-то…
Накануне моего выхода на маршрут у Варцабьюков — Марички и ее мужа Мыколы — в доме остановился на ночлег англичанин Тоби из Лондона. Он пришел в Дземброню пешком из Верховины! В своей авантюрности этот туманный альбионец меня переплюнул, так как отправляется на Черногорский хребет один, не зная ни украинского, ни русского языка. У него есть карта, купленная в райцентре, но нет ни поводыря, ни толкового советчика… Все как бы сводится к тому, что им должна стать я…
Варцабьюки возложили на меня обязанность общаться с Тоби, так как из нас троих всякие «You are welcome» и «Do you wont some eat?» знаю только я. Мой ужасный английский на фоне их англоязычной стерильности (в школе и в институте учили немецкий) имеет успех. Когда Тоби удается понять хотя бы одну мою фразу, он радуется, как дитя, и заверяет, что мой English is good.
Насколько хватило моего скудного словарного запаса и моей богатой жестикуляции, я проинструктировала лондонского побратима, как не сбиться с пути и где можно делать ночевку на маршруте. Заметив блеск в его глазах, тут же погасила его, сообщив, что люблю путешествовать alone (одна). Еще сказала, что хожу медленно, очень медленно. Он с надеждой сказал, что – тоже…
Мой отказ составить ему компанию на маршруте англичанин принял смиренно, с пониманием…
Конечно, кошки заскребли у меня на душе от мысли, как нехорошо, идя тем же маршрутом, оставить alone иностранца, который по-нашему не может и слова сказать. Утешала мысль, что на такую «прогулку» водиночку мог решиться лишь человек особого склада, тертый калач и что этот калач – мужского пола…
Когда, спустя минут сорок после его выхода на маршрут, я бодро затопала по тропинке в направлении леса, кошки уже не просто скребли, — взвыли. Дело в том, что я дала Тоби прошлогодние ориентиры, а в этом году появилось нечто новое, что могло его дезориентировать. Например, я сказала, что нужно выйти на тропу, на которую указывает стрелочка с придорожного щита (напомню, что читать по-нашему, англичанин не умеет). Но в пути я натолкнулась на другой щит – со стрелочкой в противоположном направлении. Это был указатель, как пройти к частной парной, поставленный ее хозяином…
Встречая местных гуцулов, спускающихся с гор, или туристов, спрашивала, не попадался ли им на глаза одиноко бредущий иностранец в очках. Ура! Тоби движется в правильном направлении, хоть я и послала его в баню 🙂 .
Когда подходила к избушке чабанов на полоныне (высокогорном пастбище) Смотрич, небо заволокло тучами. Но не смогла себе отказать в удовольствии перекинуться словечком с обитателем хатки Василем.
Он выпасает на Смотриче уже не первый год, помнит все мои проходки мимо их тихой обители. Ему было интересно послушать о нашем подземном походе-тренинге с незрячими в пещеру Млынкы на Тернопольщине. Предлагал мне взять с собой, изготовленный им сыр. Я была вынуждена отказаться, ибо утащить в горы рюкзак свыше 20 кг — это свыше моих дамских сил. Но попробовать вурду — вид кисломолочного сыра — попробовала. Растаяла во рту…
Маршрут начался трудновастенько. Детренированность моя еще как ощущается. Приходится чаще, чем прежде, отдыхать. Я милосердно себе это позволяю…
Надвигающийся дождь вынудил сделать привал гораздо раньше запланированного.
Для стоянки я нашла место, максимально удаленное от двух рядом поселившихся компаний. Его окружали пологие склоны (ровным была лишь та крохотная площадочка, на кторой уместилась моя одноместная палатка. С одной стороны – лес, подход с другой «заминирован» коровьими лепешками. Главное, запомнить их расположение – сапер ошибается один раз…
Горячий ужин уплетала под стокатто дождя. Даже побаловала себя вафлей, орешками и леденцами. Конечно, карманное питание лучше на стоянках не разбазаривать, оно пригодиться в пути, ведь на маршруте нет возможности приготовить горячий обед, на это жаль тратить время. Но я себе позволила немножко разврата, — чтобы не скиснуть от первого же препятствия на пути.
Дождь – плохое начало, но я хороший турист, благодарю дождь за возможность внепланового отдыха…
Капли дождя звучат ксилофонно, на басах звучит чей-то мат. Господи! Хоть на пушечный выстрел от них отдались…
Иногда я ловлю себя на том, что не люблю людей. Я не люблю их еще крепче на природе. Почему среди ее великолепия у них не пропадает желание сломать, уничтожить, опоганить? Проходя мимо моего любимого участка леса, где любила собирать грибы (они росли даже у самой дороги!), увидела зияющую на земле лысину. Теперь там только пеньки. Зато невдалеке огромная вип-усадьба (позже я узнала, что там имеется бильярд, ванна с джакузи, сауна, солярий, бассейн с водопадом и прочие атрибуты сибаритства), видимо, именно для ее возведения испоганили мой любимый лес…
В беседке, где я любила отдыхать и делать записи, сорван навес.
Человек – страшнее стихийного бедствия…
* Все, что осталось от той беседки…
Один из моих приятелей, никогда не покидавшийф равнину, прислал мне СМС: «А какие в горах ночи? Звезды крупные?»
В небе не видно ни одной звезды. На равнине – это примета предстоящей непогоды.
В горах равнинные приметы часто не срабатывают.
Как говаривал Демьян Бедный, «будем посмотреть»…
Продолжение, часть 2, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 2
15 августа (2 день)
* Вразвалочку
* Облом
* Дружеский наезд
Дождь свое отбарабанил, и я отправляюсь по уже хорошо знакомому маршруту – мимо водопадов, через Вухатий Камінь (Ушастый Камень, который действительно смахивает на голову с оттопыренными ушами) на Черногорский хребет.
* Тот самый, Ушастый…
До чего же славно идти медленно, смаковать дорогу, то и дело останавливаясь и обозревая изумительные окрестности! Меня никто не подгоняет, ни за кем не нужно плестись и время прохождения маршрута не играет большой роли – сроки и вехи я устанавливаю себе сама. У меня нет часов, чтобы сверять скорость прохождения с прошлогодним и позапрошлогодним маршрутом. Понятно, что нынче буду передвигаться медленнее.
В 2007-м я торопилась, так как боялась, что непогода снова, как и в 2006, вмешается в мои планы и отменит мне вершину. В прошлом году я торопилась застать на горе Пожежевская, на самой высокой в стране метеорологической и снеголавинной станции, смену, которая дежурила там во время стихийного бедствия. Моя проходка была несколько нервной, так как шли дожди, я побаивалась, что наводнение повторится, и снова сойдут селевые потоки. К тому же в тот выход я не столько наслаждалась, сколько работала, записывая на диктофон людей для будущих радиопередач.
Нынешний маршрут должен быть в радость и только в радость!
Но радость омрачилась…
Подходя к месту следующего ночлега, я почувствовала себя неважно. Сказывается тот вес рюкзака, который давно уже запретили мне поднимать врачи. Я нарушала многократно, сходило с рук. Однако новый, более утепленный спальник (в старом начала подмерзать) и большее, чем обычно, количество провизии (маршрут предполагается самым длинным из всех мною пройденных) дали о себе знать…
Итак, на второй день похода я уже чувствую вес рюкзака. Раньше это случалось на четвертый…
Вздремнула в надежде, что тупая боль в животе уляжется.
Ничуть не бывало.
Все?
«Концерт давно закончен»?
«Но песня бесконечна…»
Как заглушить ее в себе?
Собственно, когда-то это должно было случиться… Но неужели – прямо сейчас? Уйти, не попрощавшись…
Маршрут-обрубок ….
Накатила мысль, что гор в моей жизни больше не будет, вместо них – зияющая пустота. Что может ее заполнить? Боль от этой мысли невыносима, я не могу с ней справиться. Эгоистично сбрасываю ее СМСкой одному из моих приятелей-путешественников. И – получаю по заслугам.
«Не занимайся глупостями, — ответил он.- Живи и радуйся жизни».
Отрезвило. Но легче не стало.
Стало стыдно.
«Я должна справиться сама. Глупо жаловаться тебе. Мне нужно научиться с этим жить. Те годы, когда могла таскать рюкзаки и потяжелее, я несла тяжелую ношу иного порядка. Вся зря. Извини, я лишнее тебе написала. Сотри и забудь» — таким был мой ответ.
Он написал: «Это хорошо, что ты делишься своими переживаниями». Не знаю, кому от этого хорошо.
Еще написал: «Я с тобой». Потом прибавил: «Не раз убеждался, что ты сильная!»
Но все уже бесполезно. У меня появилась спортивная (и неспортивная тоже!!!) злость. Ответила: «Я с тобой» — была самая сильная и стоящая фраза. Я поделилась с тобой как с сильным человеком. Всегда справляюсь со всем сама. Просто на первом этапе милосердно позволяю себе поныть – женщина».
Как тяжело чувствовать свое бессилие перед обстоятельствами… И как нелепо в это бессилие врываются советы типа этого, который мне дал мой приятель в своей очередной СМСке: «Улыбайся и радуйся окружающему миру. Так я живу и тебе советую. Не думай о прошлом плохом. Из прошлого бери лучшее».
Впереди маршрут, проходящий вдалеке от населенных пунктов, на некоторых участках нет мобильной связи, я иду одна. Боль не утихает.
Но я не могу отказаться от прощания с горами.
Как-то это не по-человечески, ведь они столько для меня сделали…
Уже утром, переночевав с неизбежным, я взяла себя в руки и поняла, что мой приятель среагировал чисто по-мужски. За это его нельзя винить – женщина сперва со—чувствует, а мужчина сразу со—действует. Но иногда нам первое важнее второго.
По крайней мере, сперва нужно первое, а уж потом — второе…
Я отослала ему еще одну СМСку: «Прости за вчерашнее. Глупо было все сваливать на тебя, ты ведь не знаешь всей моей жизни. Рядом с сильным мужчиной у женщины появляется соблазн позволить себе быть слабой, но за каждую слабость жизнь била меня не по-женски. Выпрямляюсь! Собираюсь на хребет :)»
Да нет, не стала я сильнее от СМСок моего приятеля. Просто вспомнила про Друга. Он «больше сердца нашего и знает все», все мои обстоятельства и мотивы. Ему не нужно растолковывать, что для меня горы…
Допоздна я разговаривала с Ним безо всякой мобилки. Просила преизбыточной силы на этот мой прощальный поход, просила, чтобы позволил пройти маршрут до конца.
В эту ночь звезды на небе наконец видны.
И довольно яркие.
Крупные или нет?
Для меня это сейчас не имеет значения.
Пррдолжение, часть 3, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 3
16 августа (3 день)
* В одиночестве, но не одна
* Без дождя, но с осадками
* Артистка…
Боль улеглась, и я решила рискнуть. Со мной Надежный Помощник, а люди… Традиционная просьба — чтобы не мешали…
Я даже не огорчилась, что, пробираясь через густой жереп (альпийку или карликовую сосну), потеряла свой плащ. Это облегчит мою ношу J. А дождя на маршруте не будет. Или он пройдет ночью, когда я — под защитой палатки и тента над ней.
Воды с собой беру немного, на маршруте пить нежелательно, кое-что из запасов я съела за два дня, — значит, идти будет легче, меньше груза :).
Иду по Черногорскому хребту и узнаю хорошо знакомые места. Вот тут мы с моей подругой Маричкой когда-то фотографировались (ее муж, Мыкола, тогда отпустил жену со мной на два дня с условием, что она соберет ведро ягод, ясак был уплачен в полной мере!)…
Вот здесь крутая тропка, которая особенно после дождя, вызывает замирание сердца — не навернуться бы…
Вот тут во время урагана приземлилось чье-то одеяло, которое сильный порывистый ветер превратил в ковер-самолет, а здесь всегда встречала отару овец…
Обнимаю глазами до боли знакомые пейзажи, и слезы катятся градом. Я прощаюсь с этими горами навсегда, как прощаются с близкими и любящими людьми, которые помогали расти, развиваться и самоутверждаться.
Они видели все мои страхи и сомнения, промахи и нелепые ошибки, но приняли меня такой, какова я есть, не отторгли… Здесь я всегда ощущала свободу и высоту, без коих невозможно творчество.
Здесь я острее, явственнее ощущаю связь с Богом, в трудные минуты всегда получаю от Него поддержку.
Целых пять лет горы давали мне силы, энергию, веру в себя. Чем заменить это? Чем?!!
Иду и плачу…
«Концерт давно закончен…»
Но, благодаря горам и помощи Того, Кто над горами, я еще могу послужить людям. Тем, которые пока далеки от вершины, которые — в безнадеге у подножья. Я ведь тоже там была перед своим первым одиночным походом… Знаю, как это – быть приземленной.
Я вам спою еще на «бис»
Не песнь свою, а жизнь свою…
Даже не заметила, как перестали капать слезы. Обнаружила себя, бодро шагающей по хребту и горлопанящей во всю мощь:
Нельзя вернуть любовь и жизнь,
Но я артист, я повторю!
Конечно, это обо мне. Я даже знаю, для кого повторю. Для тех, кто не верит в свое восхождение, но все-таки надеется на него. Еще лет десять тому назад кто бы сказал мне, что буду сама шастать по Черногорскому хребту… Я отчетливо помню все этапы своего приближения к Вершине, и у меня есть дневник каждого похода. Храню даже тот, который один мой приятель-альпинист посоветовал никому не показывать. Показываю! Но очень доверенным лицам J
Спою судьбу на «бис», хоть голос мой устал…
Знакомые глаза я вижу в зале среди тысяч глаз…
Знакомые глаза, я понимаю вас,
Я обожаю вас, спасибо вам за все…
Конечно, я уйду со сцены достойно, а не заревано. Такое мое решение!
И когда на горизонте появляется одинокий мужской силуэт, я воспринимаю это как сигнал о прекращении нытья. Этот человек увидит не подавленного хлюпика, а уверенную в себе женщину, знающую маршрут, как свои пять пальцев. Я еще тебе, дорогой, могу подсказать – куда идти и как.
Я вам спою еще на бис…
Прощальная гастроль артистки продолжается!
Приняла решение пройти не только Бребенескул и Петрос, но целых пять двухтысячников.
Прощаться, так прощаться!
Впереди первая из запланированных гор – Бребенескул. Непогода не раз отводила меня от этой высоты. А бывало, что просто усталость брала верх на обратном пути в Дземброню, и не было сил карабкаться туда, на высоту 2036 м.
Наверное, разумнее было бы отложить восхождение на завтра, но, превозмогая усталость и страх, что боль возобновится, Я ЭТО СДЕЛАЛА!!!
Награда меня ожидала на вершине – величественная панорама гор. Просто крылья выросли…
На ночевку спустилась в чашу озера (по научному это называется цирк) одноименного с горой, что возвышается над ним. Оба предыдущие разы у меня со спуском к самой воде не складывалось — из-за непогоды или усталости я была вынуждена установить палатку на средней платформе. Но зато теперь я увидела все великолепие этого чуда ледникового происхождения.
Озеро Бребенескул находится на высоте 1801 м над уровнем моря, глубина его достигает почти трех метров. Но разве цифрами измеришь красоту его окрестностей?
Я поставила палатку у скульптурной группы из нескольких камней рядом с ручьем, который журчит день и ночь лучшей в мире музыкой.
Продолжение, часть 4, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 4
17 августа (4 день)
* Почти на крыльях
* Пришлепала из детства босоногого
* Коронована
Еще вчера я решила провести целый день у озера. Куда мне спешить? Сестра сообщила, что состояние мамы стабильное, до конца отпуска еще есть время, провизии хватает. Погода, вопреки очередному прогнозу Гидрометцентра, отличная.
Продолжаю смаковать свой последний горный маршрут…
Утром обласкала взглядом все окрестности озера, облазила все близлежащие каменные фигуры и взошла на гору Гутын-Томнатык, рискнув оставить внизу палатку и вещи.
Гора и ее соседушки обступили плотным кольцом озеро, образуя как бы оправу вымытого до блеска зеркала.
* Озеро Бребенескул (вид с горы Гутын-Томнатык);
Но как легко взлететь на высоту 2016 м без рюкзака!!! Как замечательно идти налегке, не думая о дурацких килограммах, без которых в горы – никак…
Ягоды на высоте 2016 не такие сочные, как внизу, но так романтично, сидя на одном месте, насобирать целую горсть черники и смаковать ее, сидя на вершине! Здорово наблюдать за озером с разных точек горы, с такой высоты моя палатка кажется темно-зеленой кляксой, расплывшейся на траве более светлого оттенка. А когда смотришь вниз… И понимаешь же, что не свалишься — ведь не подходишь к самому краю, — но дух захватывает… По-украински звучит сочнее — дух запирає…
* Крайняя справа, «пирамидкой» — г. Говерла, слева – ее друг Петрос (вид с горы Гутын-Томнатык);
Спускаясь с горы, прохожу ее травянистый участок босыми ногами. Ощущение – нездешнее. На каменистой почве не можешь себе позволить такую роскошь – ходить необутой, а через твердую подошву кроссовок не ощущаешь связи с землей.
В горах больше ощущаешь связь с небом.
Присаживаюсь на берегу озера на одном из камней и омываю ножки в бодрящей, «ледниковой» воде. Запах ее мне кажется знакомым, родным. Он — из детства…
* оз. Бребенескул
Мы отдыхали тогда с родителями у озера в пансионате, корпус которого представлял собой вытащенный на берег теплоход. Видимо, выбрал свой ресурс как транспортное судно, зато каюты оставались вполне жилыми. Вспомнилось, как я любила рано просыпаться и тайно от родителей обходить озеро, пробираясь через заросли ивняка, шлепая босыми ногами по основательно остывшей за ночь воде, в которой туда-сюда сновали полосатые окуни. Людей с утра не было, и окрестности выглядели первозданными…
Пробираясь сквозь густые заросли ивняка, переходя (по отмелям) вброд озеро, я представляла себя путешественницей, открывающей новые земли…
Незабываемое…
Да, это именно тот запах воды…
Невольно ищу глазами окуней, хотя в Бребенескуле водятся только микроскопические ракообразные, рыбы здесь нет.
Нездешние ощущения, нездешние…
* Головастики здесь «таки да» водятся, а вот
ракообразных не заметила. Микроскопа с собой
не прихватила…
Тишина, умиротворение…
Я вспомнила один из тренингов, призванный помогать его участницам лучше ощутить свою женственность и самобытность. Нам было предложено представить уголок природы, где бы мы чувствовали себя очень комфортно. Увидеть себя именно в этой точке земли и мысленно встретить здесь женщину, идущую навстречу. Нужно было описать и местность, и «увиденную» женщину.
Когда слово предоставили мне, тренер очень удивилась – ведь я описала именно это место в горах, на подступах к Бребенескулу. Женщина, приближающаяся ко мне, почти ничего не говорила. Странно, что она была одета в длинное платье, ее волосы до плеч романтически развивались на ветру. В таком одеянии в горах? Да! Я именно так все себе представляла.
Моя встречная ничего не говорила, но было ощущение такой душевной близости, которой и не нужны слова.
— Ничего не сказала? – переспросила тренер. — А что она делала при встрече?
— Она протянула мне скипетр, знак царской власти.
Тренер еще раз удивилась:
— Горы – это символ энергии, они обычно видятся мужчинам. Женщинам представляется водная гладь – символ спокойствия и умиротворения.
Но ведь гора Бребенескул спускается к озеру Бребенескул, и я это хорошо помнила…
— А кто та незнакомка, что вышла мне на встречу? – спросила я тренера.
— Это вы и есть, — ответила она. И улыбнулась, — Вы сами себя возвели в королевы, причем именно в горах.
Королеву видели? Полюбуйтесь, — это она – в стоптанных кросовках и брюках из плащевки. На берегу своей тихой гавани – озера Бребенескул.
Да, здесь я встретилась с собой настоящей, без привнесенных в мою жизнь другими людьми правил и страхов. То, что было до восхождения на Вершину – только подступы, репетиция к Настоящему…
Все это я вспомнила, сидя у зеркала под названием «Бребенескул», глядя на то, как ветерок подергивает на воде отражение близлежащих гор, наблюдая за смешными движениями головастиков … И этот нездешний запах воды… Ощущение блаженства, покоя и гармонии – с собой и с миром…
Кажется, я знаю, каким будет мой следующий маршрут… Именно вода поможет мне разгрузить спину… Мои вещи могут плыть вместе со мной, а не НА мне…
Ночное небо над Бребенескулом густо утыкано звездами. Они спелые, сочные. Перезревшие — падают вниз, оставляя в небе инверсионный след, словно реактивные самолеты.
Ну да! «Август! — Месяц ливней звездных!» (с) М. Цветаева.
Продолжение, часть 5, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 5
18 августа (5 день)
* Будничная романтика
* Освобождение… от объедения
* Делаю вид, что не дрейфлю
Рядом со мной встали биваком молодожены Катя и Олег из Луганска. Что может быть лучше такого свадебного путешествия?
Ребята идут не в моем, а в обратном от моего направлении: Петрос-Говерла-Поп Иван…
Видно, что Катя слегка подустала, уже хочет в цивилизацию, но в их медовый «месяц ливней звездных» даже усталость — медовая.
Я отдала молодоженам оставшийся у меня чернослив – мне будет легче, им будет слаще – и от всей души пожелала, чтобы романтика никогда не уходила из их семейной жизни. Трудные моменты, конечно, будут, но все болезни роста так и лечатся – палатка, костер с желто-алыми звездами, взлетающими от поленьев к небу, и снежно-белыми звездами, падающими с неба в костер…
Даю ребятам консультации и всякие дельные советы по дальнейшему маршруту. Сама себе удивляюсь: давно ли плутала на этих дорожках? А теперь у меня с собой есть даже хронометраж прохождения разных участков, и я подсказываю встречающимся новичкам-туристам, сколько времени им осталось пилить до ближайшего места стоянки или до дальней вершины.
Помнится, в прошлом году я сверяла по этому «графику прохождения» свою скорость с позапрошлогодним маршрутом – не старею ли. Одни участки проходила быстрее, другие медленнее, но в целом скорость не упала.
В этом году не хочу ничего сверять. Хочу наслаждаться дорогой. А возвращаться буду вообще вразвалочку, — сейчас немного опасаюсь из-за непогоды застрять между Говерлой и Петросом. Населенные пункты оттуда далеко, провизии может не хватить.
Катя нашла восхождение на Петрос более сложным, чем на Говерлу. Ну так и я не лыком шита, чай, не новичок!
И если бы не тяжеленный рюкзак…
Эх, расслабила меня гора Гутын-Томнатык, раньше я и мечтать не смела взойти на какую-то гору без рюкзака – оставить-то его одиночке не на кого! А в таком длительном путешествии рисковать снарягой стремно…
Ничего, вскарабкаешься, улитка! Что с тобой станется!
За сегодняшний день прошла отрезок пути совсем пустяшный – от озера Бребенескул до озера Несамовыте. Не потому что устала, — погода портится. Накануне получила СМСку от одного из своих приятелей, тоже бродяги одиночки (только по Крымским горам) Паши. Он разведал на одном из сайтов прогноз синоптиков — в Карпатах обещают на сегодня к вечеру дождь и грозу. А плащик-то тю-тю… Так что нужно окопаться…
В районе этих двух озер мобильной связи нет, потому я заранее предупредила всех, кто ждет от меня весточки, чтобы пока не ждали.
…Вот сижу в палатке, ем овсянку, копченый сыр и запиваю все это чаем с бергамотом. До чего же все вкусно в походе!
Вдали слышатся глухие раскаты грома. А мне не страшно! Может, это оттого, что — вдали. Или уже обтесалась совсем?
Делаю переучет провизии. Идти, конечно, стало легче (уже многое съедено), однако хорошо бы уложиться с прохождением дней в пять, иначе придется подтянуть поясок… Зато нет привычного чувства легкой тревожности, сопровождающего меня обычно на маршруте. Ощущение такое, что все как-то сложится и сладится. Как-нибудь…
Возможно, эта спокойная уверенность дана мне в ответ на молитву. Я простила Бога вести меня по моему последнему одиночному горному маршруту, как Он вел израильтян через пустыню, указывая им дорогу огнем (ночью) и в дымом (днем). Когда есть вера, — манна и перепела приложатся. Обязательно. Не оставит и не покинет, «ведет за правую руку»…
Похоже, дождь с грозой, о котором предупреждали синоптики, действительно приближается…
Тучи какие-то необычные, пятислойные. Самый дальний от меня слой – золотистый, за ним идет серо-золотистый, потом серый, сизый и, наконец, ближе ко мне, черный. Туча полукругом огибает место моей стоянки, словно хочет взять меня в кольцо.
«Врешь, не возьмешь!» (с).
Издалека погрохатывает…
Как я справляюсь с чувством страха?
Похвалой! Хвалю себя за то, что правильно поставила свой матерчатый домик. Не на открытой местности, а среди альпийки. Здесь чуть меньше шансов, что долбанет. В двух десятках метров от меня – елочка (лучше бы – на 20 метров дальше, но там нет подходящего места для палатки). Надеюсь, в случае чего, гроза выберет ее, а не меня. Я менее достойна, ведь она «зимой и летом стройная», а я летом «горбатая», с двадцатикилограммовым рюкзаком на покатых женских плечах.
Для стоянки я выбрала сухое место. Буйная болотистая растительность указала мне на влажные участки почвы, от которых в грозу лучше держаться подальше. Правда, я удалилась не только от источника опасности, но и от источников влаги, от ручейка. Это в случае затяжной непогоды может несколько осложнить мое пребывание здесь. Но в грозовую погоду вопрос стоит — как перед алкоголиком: либо пить, либо жить. К тому же я успела наполнить в ручье доверху мою двухлитровую пластиковую флягу-бутылку. 2 литра – это суточная норма пития, в непогоду она может растянуться и на несколькосуточную, я все же отлеживаюсь, а не подминаю под себя километры. Затраты жидкости на стоянке – намного меньшие, чем в пути.
А еще у меня крутятся в голове песни Визбора, Митяева и украинского барда Александра Смыка. Есть такой важный инструмент профилактики страха как голос — пою…
На тучи больше не смотрю – нечего создавать в себе лишнее напряжение. Лучше не возвышаться над жерепом, а сесть в палатке и сосредоточить взгляд на веточке карликовой сосны. Она забавная. Обсмотрев одну (многоцветную), можно перевести взгляд на другую — совсем смешнячую, — с чубчиком.
А еще лучше, — застегнуть полог, чтобы сквозняком не затянуло в помещение молнию. Помнится, именно так убило в прошлом году на Степанском двух детей – прямо на пороге. Они открыли дверь хлева, чтобы спрятаться в нем от дождя…
Мобилка у меня выключена, и потому что – техника безопасности при грозе, и потому что связи здесь все равно нет. Зато есть постоянно действующая связь с Богом – молитва.
«Господь творит все, что хочет на небесах, на земле… Возводит облака от края земли, творит молнии при дожде, изводит ветер из хранилищ своих…».
Раз так, то Ему по силам отвести от меня беду. Главное – хорошо попросить.
Интересно, что так же, как туча, — дугой – обошла меня и гроза. На палатку лил дождь, а грохотало и сверкало то слева, то справа, то спереди…
Наконец дождь прекратился, и я вышла из палатки. Меня объяла дивная тишина, подчеркнутая каким-то отдаленным гулом непонятного мне происхождения – может, это шум горных потоков?
На акварельном небе (разные оттенки голубого и розового) рельефно вырисовывалась гора Туркул, возвышающаяся над Несамовытым.
Каждые несколько минут оттенки над головой менялись. Небо становилось то с преимуществом голубого, то с преимуществом розового, оно было живым, дышащим. Полупрозрачные облака делали его еще более объемным.
Я залезла в кокон своего спальника и ощутила приятное тепло.
Заснула под звуки дождя, который снова стал выстукивать по тенту над палаткой.
Пусть себе стучит, открывать не буду. У нас все дома.
В такой поздний час барышня уже не принимают.
Продолжение, часть 6, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 6
19 августа (6 день)
* Еще раз о водных ресурсах
* Связь, не порочащая меня
* Идет охота на людей, идет охота…
* Тоска по одиночеству
Первые звуки утра – кряканье пролетающей над моей палаткой утки.
Умылась росой, собравшейся на палаточном тенте, съела ложечку цветочной пыльцы, которую в свое время купила на базаре в Киеве, чуть позже – ягоды с куста. Ну прямо эко-тур…
Плотная завеса тумана скрыла от меня горы и тот маршрут, которым я сегодня намеревалась пройти. Туман в Карпатах может быть предвестником хорошей погоды, но не такой, как этот. Хороший, «погодный» туман собирается утром в распадках в виде нависшего над землей скомканного покрывала. А этот – размазанный какой-то, разлитый, всеохватный.
Судя по всему, затяжной…
Вчера вечером я распечатала свою двухлитровую бутыль – захотелось поесть горячего. И я сварила кашу, съела немного копченого сыра и выпила чай с бергамотом. Расточительство, конечно, ведь нужно экономить воду. Ее может не хватить — судя по плотной завесе тумана, непогода — надолго. Ручей не то, чтобы далеко… По ясной, солнечной погоде пробежаться к нему одно удовольствие. Но сейчас… Запросто можно заблудиться. Особенно с моим умением. J Не знаю, есть ли люди, которые ориентируются на местности хуже, чем я. Если таковые существуют в природе, — я бы очень хотела их увидеть – для самоободрения.
Итак, при наличии ограниченого количества воды и туманности варить себе кашу – разврат. Тем более, что сегодня день простоя – что зря растачать съестное? Но от чая, понятно, отказаться не смогла. Выпила его вприкуску с витамином С, вафелькой, орешками.
Завтрак лентяя удался на славу.
Ветра нет. Как ни странно, в мобилке появилось пару «кубиков» связи. Ее здесь отродясь не было! Кто-то побеспокоился ;), чтобы я получила несколько ободрительных СМСок от тех, кого поприветствовала с горы Бребенескул.
Наталия Юрьевна Максимова: «Поздравляю! От души завидую!»
Нина Жежера: «Поднимаю ачульгин за твои успехи» («Ачульгин» по-чукотски ночной горшок :), так чукчи обозвали мою литровую кружку, с которой я подсаживалась к костру пить чай).
Сестра Таня (о маме): «У нас победа, дошли до рынка, купили подушку и сковородку» (значит маме лучше!)
Ольга Николаевна Носовская из Украинского гидрометцентра: «Поздравляю! С 19 по 22 августа должно быть без осадков. Удачного путешествия!»
Оля Бабчук: «Поздравляю! Ты на землю спустишься или будешь жить на вершине?» Я ответила: «Спущусь обязательно, ведь впереди еще несколько двухтысячников, которые нужно взять». Оля ответила: «Возьми и никому не отдавай!»
СМСки в пути очень ободряют.
Перечитываю их часто.
Особенно в нелетную погоду.
Туман никак не рассеивается. Пару раз проклюнулось солнце, но, видимо, решило, что смотреть ему здесь не на что, и снова нырнуло в пелену.
Я посмотрела на свою двухлитровку (на треть выпитую) и поняла, что «нечего ждать милости от природы» (с) . Нужно отправляться за водой. Хм…
Довольно большой массив этой местности покрывает жереп (карликовая сосна), который хорошо маскирует мою палатку. Причем, не только от посторонних глаз. Сбившись в тумане с пути, ее можно искать долго-долго…
И все же я поборола свою нерешительность и трусость – я же не в первом походе, елки-палки!
Взяла котелок и отправилась на поиски водного источника, стараясь подмечать и фиксировать в памяти мельчайшие приметы по пути к ручейку – альпийка то везде одинакова.
Вода была найдена и набрана, хотя (честно!) на обратном пути чуть трухнула, мне показалось, что я таки сбилась с пути. Ведь дорога назад всегда кажется короче и зафиксированные в памяти приметы я ожидала увидеть раньше. Думала – проскочила в тумане палатку…
Но зато теперь у меня опять два литра! И можно чаевать!
Ноги, правда, слегка промокли (из-за одного, как мне показалось, интересного кадра, я по воду пошла с фотоаппаратом!). Роса…
Но в палатке тепло, так что носки можно высушить на себе – так быстрее.
Время от времени я покидаю свое жилище, чтобы размяться и заправиться витаминами – поесть ягод.
Кроме зарядки, еще исполняю разные движения восточного танца. Довольно экзотично – на фоне Карпат… Мне главное за время погодного отстоя не прирасти к каримату пятой точкой – впереди еще три двухтысячника. С Попом Иваном мы как-нибудь разберемся — не первый раз встречаемся. Говерла – это моя подружка, я обниму ее в четвертый раз уже совсем, как родную. А вот этот Петрос… Одно его название… По-гречески «петрос» означает «камень»… От мужчин вообще не знаешь, чего ожидать. 🙂 В страхе и отчаянии устремишься к ним за помощью, — они в ответ могут отчитать тебя или даже выругать, а гаркнешь как следует – порой замирают в почтении. Никогда не знаешь, чего ожидать от мужчин. И Петроса, в отличие от Говерлы, я немного побаиваюсь.
Ежели что, — придется на него гаркнуть.
Удивителен туман в горах. Он стелется так зримо, словно дым от костра… Меня будто обложили со всех сторон кострами, которые не дают никакого тепла.
Тепло у меня внутри.
Мой костер в тумане светит,
Искры гаснут на лету.
Ночью нас никто не встретит…
Если честно, мне и днем никого не хочется встречать. Так классно наслаждаться тишиной и уединенностью. Именно поэтому я разбила палатку не у самого озера, где обычно останавливаются туристы, а, так сказать, в глубине массива. Правда, в тумане слышимость увеличивается, и до меня порой долетают обрывки чьих-то криков. Они засоряют экологически чистую тишину окружающей среды.
…За этим кадром я охотилась целый день. Представлялось, что он будет особо эффектным – силуэты восходящих на Туркул туристов на фоне ясно-голубого неба…
В редкие минуты просвет наступал, туман рассеивался. Небо вспыхивало ярко-голубым светом. Несколько отчаянных голов при этом продолжали свой путь в сторону Говерлы (в такие солнечные моменты меня так и подмывало двинуть за ними, но я ведь пообещала себе — в этот раз никакого экстрима!).
Итак, группа начинает восхождение, а я хватаю свою цифровую «Соньку» и жду нужного момента, чтобы прицелиться … Неуклюже разворачиваюсь… И получаю надорванный пакетик с кашей… Так что вместо режима жесткой экономии, сегодня у меня будет праздник желудка.
Каша-то будет, а вот кадр не получился… Только-только туристы приблизились к тому гребню горы, где их силуэты должны выглядеть особо эффектно, — их проглатывает туман. Ясность продержалась недолго…
Наконец, после нескольких неудачных попыток, кадр все-таки получился, но вышел совсем не таким эффектным, как я думала – для моей «мыльницы» расстояние слишком большое. На профессиональную фотокамеру в обозримом будущем вряд ли стоит рассчитывать. Так что смотрите на то, что смогла моя «Сонька» из себя выжать…
И все-таки сезон охоты начался, — и я стала прощупывать своим фотообъективом окрестности. Да, красоту совсем не обязательно высматривать вдалеке, порой она – под носом, в самом прямом смысле слова. Первый кадр макросъемки я сделала, не вылезая из палатки. Дальше пошло-поехало…
Как и в прошлое мое путешествие, Бог дает мне непогодную паузу, чтобы я могла присмотреться и прислушаться, сбавив темп, который внизу меня так задирает. Мой внутренний метроном отсчитывает такты намного медленнее, чем навязанный мне городом ритм. В неторопливости рождаются мудрые мысли, всплывают глубинные ощущения, и ты осознаешь себя как личность. Ты – как цветок на лугу, который ни с кем не соревнуется, никого не стремится перещеголять по красоте и неповторимости. Просто цветет. Просто стремится к солнцу, к свету.
Красота Карпат соткана из деталей, каждая из которых сама по себе – шедевр. Но на маршруте ты видишь в основном величественную панораму гор с разлитыми у подножий лужицами колокольчиков. А во время таких вот остановок в пути обращаешь внимание на фрагменты, из которых складывается красота. Звуки слышатся отчетливее — например, вскрики птиц над самой палаткой (птицы еще не научились бояться палаток). Вот сейчас совсем недалеко от меня всхлипывает какая-то птаха. Обидно ей, наверное, что солнышка нет. Но только она позволила себе взгрустнуть, как тут же на нее крякнул какой-то пернатый тип, мол, не занимайся глупостями, живи и радуйся жизни… Бедняга обиженно замолкла.
Из запахов ярче других – хвоя. И смола.
Душа поет (туман этому не помеха), я подпеваю ей голосом. В окрестностях — никого, и я, наконец, могу расправить голосовые связки и разлиться песней в пространстве.
Удивительно… Как и в прошлом году по дороге на Маричейку, из меня посыпались всякие любовные романсы. Почему так? На самом деле в горах мне никто не нужен. Мне хорошо, спокойно, надежно и комфортно с собой…
Видимо, ощущения от гор столь ярки, чувства так высоки, что по силе и сочности их можно приравнять к любовным…
Меня порой спрашивают: «А ты не боишься — одна в горы?».
«Боюсь, что окажусь там не одна», — всегда отвечаю…
В этом году, мне кажется, туристов стало больше. Я наталкиваюсь на них даже в таких уединенных местах, как это. Ведь специально удалилась на приличное расстояние от Несамовытого, но и тут они меня достали…
Странно все-таки получается. На каком бы широком просторе я не бросила якорь, каждый норовит поставить палатку поближе к моей. Стадное чувство? Мол, раз другому здесь хорошо и комфортно, пусть будет хорошо и комфортно мне?
Просьбы отойти от меня хотя бы на 200 метров далеко не всегда срабатывают. Им то что? Они в горы пришли слушать не тишину, а друг друга. А меня так достают эти мужские сальные шутки и девичий визг… Но кого это интересует?
Сегодня вечером мне уединение не светит. Группка парней и девчат примостилась почти под боком. Хотели поставить палатку без «почти», но я сказала им, что на том месте, где они собираются делать бивак, у меня, прошу прощения, туалет. На что хлопцы невозмутимо ответили «теперь он у вас будет в другом месте».
«Ну да, у меня-то — в другом, а у вас?» 😉 — резонно заметила я.
Уловка сработала.
И все же, хоть и остановились они чуть поодаль, слышимость от этого не пострадала 🙁
Когда палатки моих соседей были поставлены, ребята рассредоточились и стали рубить на костер заповедную альпийку. Ну? И что я могла сделать одна против такой организованной преступной группировки? Так и хотелось им все высказать…
Я одна тащу на себе, кроме всего прочего, еще и примус с газовым баллоном, чтобы не разбойничать в заповеднике, а им, толпе, этот прибор, видимо, кажется тяжелым. Или дорогим. Или не знаю что…
Слушаю гулкое уханье топора, и мне кажется, что у жерепа трещат косточки. Он не может себя защитить, а лесники сюда наведываются нечасто. Да и что они могут предпринять против плохо, но, все же, организованной преступности?
Мысль о костре согрела меня, но, видит Бог, я не погубила ни одной живой веточки. Собирала хворост из сухих, сломанных ветром или человеческой рукой. Подбирала не догоревшие щепки с чужих костров. Заодно решила сжечь и свой бумажный мусор, чтобы не носить его с собой.
Самое интересное, что мои соседи, изгалявшиеся над родной природой, установили в своем лагере государственный флаг и нестройными голосами затянули «Ще не вмерла Україна».
Странно, что она еще «не вмерла» – с такими-то «патриотами»…
Итак, я решаю разжечь себе костерок. Интересно, получится ли с одной спички? Все-таки во всех походах я пользуюсь исключительно примусом и зажигалкой. Но этим летом в горах у меня прощальная гастроль… Хочу испытать все прелести походной жизни, вплоть до этой…
С одной спички получилось!
Так радостно согреть себя без посторонней помощи…
Звезд на небе почти нет. Несколько тусклых проглядывают через пелену облаков. Но в горах это ничего не значит, ни о чем не говорит и ничего не предвещает.
Продолжение, часть 7, — здесь.
Прощальная гастроль, ч. 7
20 августа (7 день)
* Гибельное место
* Нет, мы легких путей не искали (или просто мы их не нашли)
* Наташа с телефоном и Оля с рюкзаком
* Есть ли траверсы на Говерле?
Как преступника тянет на место преступления, так меня неудержимо потянуло еще раз взглянуть на Безымянную высоту (пишу ее с большой буквы, потому что она теперь для меня не безликая). Там я в прошлом году чуть было не распрощалась с жизнью.
Увидеть все трезвыми глазами, еще раз пережить (мысленно) и отпустить с любовью.
Конечно, опять туда же я не полезу, но охватить взором хочется. И я решаю идти на Говерлу не традиционным для меня маршрутом – хребтом через г. Туркул, Данциж и т.д. Я пойду тем путем, которым в прошлом году меня вывели к метеостанции случайные встречные. Помню только, что маршрут был красив, но подробности и детали я тогда была не в состоянии фиксировать. Безымянная все еще не отпускала — даже тогда, когда мне с нее все же удалось спуститься…
Страх еще долго плелся за мной след в след…
Да, я тогда была в полной прострации, к тому же боялась отстать от своих проводников и потеряться на нехоженых мною тропинках…
Теперь я решила рассмотреть этот путь…
Безымянная поразила меня своей высотой. И как меня тогда угораздило карабкаться на нее без альпинистского или скалолазного снаряжения, с 20-килограммовым рюкзаком за спиной – безо всяких проложенных на вершину троп???
Когда я взглянула на эту горочку снизу вверх, — у меня даже холодок по телу пробежал…
Эх, Оля, Оля…
Место для ночевки тут славное: тишина, большое лужеподобное озеро.
Я уж, было, пожалела, что не провела здесь прошлую ночь, но увидела двух поляков, снимающихся с якоря. Там, где можно было остановиться на ночлег, места для двух палаток явно не хватило бы. Так что хорошо, что не сунулась…
Дорога низом, а не хребтом и впрямь оказалась живописной. Чудная панорама несколькоярусных гор, дивные цветы.
Тырлыч
Кое-какие места я все же узнавала, но первую, короткую, тропку подъема на хребет, конечно же, прозевала. Пришлось подниматься второй – крутой и длинной. Получилось, как в песне:
И можно свернуть, обрыв обогнуть,
Но мы выбираем трудный путь…
Порадовалась только, что паники не было, хоть тропа мне и не знакома. По логике вещей, раз тропа, — то куда-то да выведет.
В конечном итоге она вывела меня к подножью Говерлы, но измотала порядочно…
Время еще не позднее, и можно героическим рывком доползти до вершины. Но чем вечером ползти, лучше утром вспорхнуть. В свою прощальную гастроль я иду не на скорость, а на выносливость.
Я иду не для подвигов, а для радости…
Когда я отдыхала во время подъема на гору Брецкул, мимо проходящий мужчина стал расспрашивать, откуда я иду и долго ли на маршруте. Услышав мой ответ, он крикнул своей жене (примерно моего возраста), которая плелась далеко позади: «Наташа, вот девушка (!) уже семь дней в пути, и несет рюкзак, а не только телефон, как ты. А еще она собирается на Говерлу и Петрос. Так что подтянись!»
Наташа кисло улыбнулась, подтянулась и спросила у меня с надеждой в голосе: «А эту Говерлу нельзя как-то обойти?».
— Траверсом? Нет, у Говерлы траверсов нет,- сказала я с полной уверенностью, что говорю правду. Я ведь их никогда даже не искала. Говерла – это только вперед и ввысь. Никаких поблажек!
Во время всех трех своих восхождений на гору, я никаких боковых тропинок не видела. Но даже если б и увидела…
Потому и не увидела…
Бедная Наташа с телефоном поплелась за мужем на крутое восхождение, а я, поставив палатку на старом месте, у подножья Говерлы, с изумлением обнаружила… цепочку туристов, огибающих гору… Траверс есть!
Ну что ж, это мне облегчит обратный путь. А на Петрос пойду через наивысшую в Украине вершину. Тут двух мнений быть не может.
Все должно быть по-честному.
Резко похолодало. Натягиваю на себя все, что несу с собой. Новый (более теплый) спальник как нельзя кстати. Я ему уже простила лишние полкило веса – в старом я бы околела. Но даже в новом под пятую точку подкладываю рюкзак. От земли весьма ощутимо тянет холодом. Зато грозы не будет!
…Как славно царствовать на клочке земли, где на обозримом пространстве ни души!.. Тишина. Умиротворение. Обостренное ощущение красоты и значимости всего происходящего.
Ощущаю себя настоящей…
Золотисто-оранжевый, а потом оранжево-алый закат ночь слизывает своим шершавым языком.
И только далеко-далеко где-то на перемычке Говерлы и Петроса горит чей-то одинокий костер. Он словно подмигивает моему костру: «Мы уже там, — догоняй!».
Этот огонь, как маяк, показывает мне направление пути.
Впереди самый непростой участок маршрута.
Продолжение, часть 8, — здесь.